Брéдовые заметки. День четвертый, невезучий

*

Не-не, у меня все в порядке. Но вот у нашего "куратора" Ханса сегодняшний день был просто кошмарным. И это не могло не оставить отпечаток на нас.

Сначала Ханс, который ездит в Бреду на работу из Эйндховена (60 км), попал в дикую и совершенно неожиданную пробку. В результате до нас он добрался с опозданием на 45 минут, весь измотанный, злой и с утра пораньше уставший. Поэтому программу дня пришлось перекраивать. Когда ее перекроили, Ханс ушел на пять минут зарядить нужный нам образец в электронный микроскоп. Мы договорились, что он зарядит образец, включит вакуум, а потом мы с ним пойдем покурим, пока вакуум установится.

Через пятнадцать минут я устал ждать Ханса и пошел покурить сам. Потом мы ждали его еще с полчаса. Потом я опять пошел покурить. Постепенно мы уже и забыли, зачем, собственно, нам нужен Ханс. Сидели, обсуждали свои темы.

Внезапно в комнате появился Ханс. Грязный как черт, злой и с забинтованной рукой. Оказалось, при зарядке образца Ханс решил смухлевать и оставить на столике микроскопа старый образец, чтобы потом, не перезаряжая прибор, к нему вернуться. Вообще-то, так делать нельзя, нужен специальный карусельный столик, на котором крепится штук пять образцов и их можно вращать, по очереди подводя под луч. У Ханса в микроскопе такого столика не было. Но был многолетний опыт, репутация высококлассного спеца (вполне заслуженная) и исконное голландское желание получить побольше, сделав поменьше (вполне солидаризуюсь: в этом плане я - тоже голландец). В общем, в результате всех манипуляций второй образец со столика упал и завалился в трубу вакуумной системы. Не так, чтобы сильно далеко, но вполне неизвлекаемо. Пришлось Хансу разбирать микроскоп до основания и извлекать образец. Нам сказать ему, естественно, гордость не позволила. Впрочем, он прав, мы бы только создавали толпу и мешали советами.

Пока Ханса отмывали и бинтовали (поранился во время извлечения образца), подошло время обеда. Мы отправились пообедали (да-с, скажу я вам! Печеный шалот в вине, луковый суп, артишоки, паштет и мясные шарики были изюмительными). В общем, без приключений. Не считая того, что у Ханса в машине сдох голосовой сигнал, который должен был оповестить его, что двигатель заблокирован, пока водитель не вспомнит, что он должен пристегнуть ремень безопасности. А без сигнала пораненный Ханс никак не вспоминал. Поэтому отъезжали мы долго.

Потом опять пошли на микроскоп. В середине работы сгорел филамент (вольфрамовая спиралька, с которой летят те самые электроны, благодаря которым микроскоп и называется электронным). Рабочая температура филамента - 2600 градусов. По идее, надо было с часик подождать, пока он как следует остынет. Но Ханс и так потерял слишком много времени. Поэтому следующий час мы занимались его ожогом.

Потом оказалось, что филамент плохо отцентрован, поэтому изображение получается дохлое. Разбирать прибор и центровать филамент Ханс уже не мог, поэтому работали без апертуры (такая щель, которая формует пучок электронов на выходе из филамента, создавая яркое изображение). Получалось так себе, но Ханс доказал, что специалист он классный и вполне способен получить минимально приемлемые результаты даже на приборе, на котором вообще нельзя работать.

Так незаметно подошел конец рабочего дня. Очень надеюсь, что на сегодня приключения Ханса закончились. Он - хороший человек, хватит уже на его рыжую голову!

По дороге назад нас вез таксист, который два года работал добровольцем в киббуце Гивъат-Бренер под Реховотом. Понятное дело, нам было, о чем поговорить.

Доехали, я побежал на вокзал закупиться на ужин и на завтрак, пока хоть что-то работает. Дождь льет почти израильский. ("Реховотский" водила считает, что лондонский. Во всяком случае, не голландский.) Купил у турок на вокзале "Large Döner Menu" - шуарма в поджаренной на тостере пите размера XXL c салатами и чипсами (за все про все шесть пятьдесят; при том, что в нашей гостинице паршивый завтрак стоит 16.50!). Я у них уже третий день этим дёнером ужинаю. А потом запиваю его гостиничным пивом, которое вполне приемлемо и по цене, и по качеству. Разулыбались, раскланялись с турками. Я их еще и поблагодарил витиевато по-турецки. Они просияли, спросили, откуда я. Я, естественно, сказал, что из Израиля. Сияние как-то слегка пошло на убыль, но до конца реакция не дошла, потому что я ушел. Интересно, если завтра меня опять к ним занесет, как меня встретят? Посмотрим. Там еще и полиция в трех метрах, если что.

Потрясает голландское отношение к галстукам. Человек на работе должен быть в галстуке, точка. На вокзале кофе продает улыбчивый мужичок, по-моему, турок. В черном фартуке на майку, в поварской шапке. Но в галстуке.

Ну, вроде, все на сегодня. Пойду пива куплю.

Комментарии

Как бы не отравили турки-то.

Посмотрим. В худшем случае, стану великомучеником :)